понедельник, 13 июня 2016 г.

Богатырь Алим и проклятие кривой руки (пьеса в 2-х действиях)

С недавних пор я перестал удивляться тому, что даже самая безобидная прогулка ( в случае Пылающего седалища) способна обернуться самыми невероятными приключениями или же театром абсурда, что чаще всего и бывает. Казалось бы, что может быть проще, чем непринужденная прогулка по Чернореченскому каньону? Но даже в таком месте, туристический клуб "Фиаско" способен реализовать программу максимум и растянуть пьесу на целых два действия. 

Началось все с того, что я и Певец Юлиан договорились встретиться в Черноречье с нашим бахчисарайском членом-корреспондентом Мембранычем. И вот, рано утром, мы, купив билеты в кассе, получаем известие от Мембраныча о том, что его автобусный рейс показал всем пассажирам средний палец, (а также место, где у жилетки пришиваются рукава) и самоотменился. Но Мембраныч не тужит и собирается добираться на перекладных. Так что все в силе. Ну и ладно, будем дожидаться его на месте старта.
Прибыв в Черноречье, мы первым делом припухли от дикого холода, которым было сковано все село.


Осознав какие мы олени, что не озаботились нужным количеством тёплых вещей, мы, напялив на себя все что было, залезли на ближайший холм и там с помощью танцев народов мира стали согреваться.  Юлиан двигался грациозно и изящно, в точности повторяя движения Дикого Прапора из ДМБ, когда тот, под лозунгом "пропади всё пропадом", бесновался в ресторане. Я же, особо не мудрствуя, скакал вокруг него как Чунга-Чанга. Время шло, было по прежнем холодно, а село просыпалось. 


Полагаю, что жители Черноречья изрядно удивились, видя из своих окон наши дикие выкрутасы. Возможно некоторые подумали, что на них напали индейцы из соседнего Родного и потянулись з своими копьями и  колчанами со стрелами. Во всяком случае, один мужик вышел на порог своего дома с какой-то палкой и стал зорко всматриваться на холм где мы устроили пляски.
Но вот на горизонте засеменил Мембраныч, а мы спустились ему на встречу. Прогулка началась. Каньон как всегда умилял взор невероятными красками. Юлиан, приободрившись, начал свои фотографические экперименты. На открытых участках солнце играло миллионами отблесков на замерзших ветках. Было невероятно красиво. 




В таком темпе мы продвигались все глубже. Порой, разлив реки вынуждал проявлять чудеса невиданной гибкости и раскорячивать своё тело в невероятных линиях. Мембраныч, пользуясь своим эльфийским  весом, пробегал по поверхности воды, Юлиан скрючивался как гутаперчивый мальчик, я, в свою очередь, изгибался как кривая Безье.


 В районе одного из бродов, Юлиан, вообразил себя мифическим татарским богатырем Алимом, и на руках перенес меня и весь мой не хитрый скарб над бушующими водами Чёрной реки.

Алим спешит на помощь

В общем, искривляясь, изгибаясь, и преобразуясь во всевозможные фигуры, мы потихоньку продвигались в сторону Передового. Все шло по накатанной- всю дорогу мы с Мембранычем скакали по камням как кузнечики, загруженный же фототехникой Юлиан, как навьюченный мул, тяжело дыша, карабкался вверх держа в одной руке тяжеленный штатив.


И все бы хорошо, но на одном из отрезков пути, тропинка над рекой так сильно прижалась к скале, что тяжеленный рюкзак с объективами потянул нашего богатыря Алима в зияющую пропасть, на дне которой бесновался ледяной поток. Юлиан в мгновенье ока принял решение отсрочить встречу с праотцами. Он разжал  руку и ухватился за вовремя подвернувшийся можжевельник. Вместо Юлиана в пропасть полетел штатив.

Пришла беда-отворяй ворота. Штатив улетел...

 Улетел, страшно ударяясь о камни, в полную неизвестность. Юлиан приуныл. Штатив был почти членом его семьи. Альфа и омега его панорамических сумашествий. Единственное, что могло успокоить сердце безутешного Юлиана- так это факт того, что его трехногий друг погиб как настоящий мужчина: стоя на ногах и не издав ни звука. Но шутки шутками, а Юлианов штатив был достаточно дорогим удовольствием. Поэтому, пока Юлиан находился в прострации, я полез поглядеть куда же все-таки ушуршал его дружок. Ухватившись за ствол одного из деревьев я вдруг осознал, что вся сила богатыря Алима перешла ко мне, так как увесистый ствол с лёгкостью отделился от основания и остался у меня в руках. Передо мной очень явственно образовалась возможность повторить полёт штатива. В то мгновение против меня выступали: равновесие, которое я потерял, оторвав ствол дерева, бревно которое приглашало окунуться в январскую водичку, а также Исаак Ньютон и его закон всемирного тяготения. Но не зря, во времена тревожной юности, я просиживал штаны в видео салонах за фильмами Джеки Чана. Наконец-то они пригодились. Изогнувшись как йог брахман и бросив корягу в пучину, я чудом устоял на выступе.
Дальнейшая разведка принесла некоторые обнадеживающие факты. Штатив не упал в воду, а каким то чудом остался лежать на небольшом каменном островке. Начали гадать как его оттуда выудить. Спрыгнуть или скорее съехать на филейных частях на островок можно было без особых хлопот, а вот обратная дорога, по гладкому и мокрому камню, могла основательно потрепать нервы. Мембраныч, как самый опытный из нас скалолаз, взял слово и посоветовал не чудить, а вернуться сюда хоть с какой-нибудь веревкой. Делать нечего, пришлось прислушаться к голосу разума и пообещать Юлиану, что мы вернёмся за штативом в самое ближайшее время. При этих словах, Юлианом овладела непроглядная тоска и печаль. Честно говоря, на Юлиана было страшно смотреть, выглядел он примерно вот так: 


Но такова жизнь. Время поджимало и шансы выехать из Передового таяли вместе с клонящемуся к закату дню. Пришлось пришпорить коней, и устремиться к выходу из каньона. Понимая, что шансы опоздать на последний автобус увеличиваются с каждой минутой Мембраныч перешёл на галоп, я, кряхтя и потея устремился за ним, измученный ударами судьбы Юлиан начал отставать. Помимо тяжелой фототехники, к земле его пробивали  груз потерь и боль утрат.


Но худо-бедно, кряхтя и попердывая, мы продвигались вперёд. Выскочив из леса на дорогу в наступающих сумерках мы начали прикидывать какие у нас шансы на рейсовый автобус и тут как по заказу, из-за поворота появился нужный нам транспорт. На ловца и зверь бежит. В общем, доехали с ветерком. А на следующий день была назначена операция по спасению штатива. Ревизия на предмет веревок показала, что Юлиан обладает автомобильным тросом пятиметровой длины, а у меня есть веревка-недоразумение, некий гибрид бельевой веревки и шнурков от ботинок. Но на безрыбье, как говорится, и рак рыба. В общем, спасательной операции был дан старт. Мне почему-то казалось, что мы справимся за пару часов, но как оказалось, топать до места крушения штатива пришлось прилично. Плюс ко всему, мы неистово фотографировали все подряд, а Юлиан в придачу вел съемку документальной ленты о всей этой истории. 



По спасению штатива сказать особо нечего. Трос привязали к можжевельнику и по нему я слез к штативу. Штатив лежал смирно на краю камня и волны чёрной реки нежно ласкали его гладкие дюралюминиевые ноги. Он стойко перенес падение, но был ранен. У него отломился флажок одного из фиксаторов и немного пострадала площадка для подсоединения камеры. 

Скупая мужская слеза
Но в общем, он цел и готов к дальнейшим фотографическим изысканиям. Наши вчерашние опасения, по поводу того как вылезти назад по скользкому камню, также оказались напрасными, пришлось бы немного попотеть, но в целом это было не слишком сложно.
Отхлебнув чая, мы двинули в обратный путь. Который, на счастье, обошелся без новых неурядиц. Приурочив к операции по вызволению штатива из ледяных объятий реки ещё и экологическую акцию, мы с Юлианом насобирали немного мусора, оставленного любителями природы и ценителями прекрасного. Вот так, незатейлевая прогулка и простая тропинка могут вылиться в настоящее приключение. Резюмируя можно сказать одно - берегите свои штативы. 

p.s. #1 Основная масса фото с камер Юлиана, меня и Мембраныча в галерее
p.s. #2 Отчет о проделанной работе с красивыми фото на ресурсе Юлиана

Спасибо всем, кто читает о наших злоключениях. Всем привет.

Комментариев нет:

Отправить комментарий